Судьба и творчество Максуда Шейхзаде в плоскости литературных связей - 2009

22.05.09 | Admin


http//photoload.ru/data/2c/a1/ce/2ca1ce4a65bf5b60c60bd7c4a89a33f9.jpg

Судьба и творчество Максуда Шейхзаде в плоскости литературных связей - 2009
Author: Алмаз Ульви
Publisher: Газета "Бакинский рабочий" - 2009
Language:Russian

СУДЬБА И ТВОРЧЕСТВО МАКСУДА ШЕЙХЗАДЕ В ПЛОСКОСТИ ЛИТЕРАТУРНЫХ СВЯЗЕЙ


Достойный уроженец азербайджанской земли Максуд Шейхзаде — знаменитый литератор, научный деятель Узбекистана, видный философ, поэт, драматург, мастер перевода, выдающийся педагог, языковед и литературовед. Узбекский народ, узбекская земля приняли его в свое лоно, прославили, вознесли на вершину славы.
Корни Максуда Шейхзаде берут начало в газахском селе Салахлы — родине Самеда Вургуна. Сам он родился в Агдашском районе. В свое время его отец — Масим Шейхзаде — окончил в Тифлисе медицинское училище и был направлен на работу в этот район. Мама — Фатма ханум — была видной представительницей интеллигенции, она окончила женскую гимназию. В семье, обосновавшейся в Агдаше, было пять детей.
Максуд, родившийся 7 ноября 1908 года, был первенцем. Начальное образование он получает в Агдаше, в школе «Рюшдийе», которую основал знаменитый педагог Мухтар Эфенди. Впоследствии (1920—1925 гг.) получил образование в Бакинской семинарии. Это было учебное заведение, где преподавали видные просветители — Абдулла Шаиг, Гусейн Джавид, Джаббар Эфендизаде, Медина ханум Гиясбейли, народный учитель Джамо бек Джебраилбейли. Максуд Шейзаде берет уроки у этих педагогов, своим трудом и талантом обогащает знания. После завершения учебы в семинарии два года (1926—1927 гг.) учительствует в Дагестане, а в 1928 году, в пору расцвета, по указанию имперских идеологов высылается в столицу Узбекистана город Ташкент, где ему довелось жить и трудиться долгий период. Окидывая взором его творчество, видишь, что тоска по Родине нашла в душе Максуда укромный уголок, и с этой тоской он решил окунуться в новую для него жизнь.
Из исследований становится ясно, что еще в школьные годы Максуд проявлял большой интерес к литературе, поэзии. Редкие свои стихи читал на школьных мероприятиях. Первое стихотворение 13-летнего подростка было напечатано в газете «Коммунист». Максуду несказанно повезло, ибо его наставниками в Бакинской семинарии были выдающиеся личности. Безусловно, неизгладимый след в его жизни оставила дружба с ровесниками — Мехти Гусейном, Сабитом Рахманом, Микаилом Мушвигом, Мамедгусейном Тахмасибом, Сеидом Рустамовым. Поэтическое творчество начального периода, большая его часть — стихотворения на азербайджанском языке, было собрано в виде рукописей в «Тетради Шейхзаде».
В жизни 29-летнего Максуда, заброшенного судьбой в Узбекистан, начинается новый этап. Уже в конце 1929 года стихи молодого тюрка с пламенным сердцем в груди публикуются в узбекской печати. Его имя произносится наряду с именами Гафура Гулама, Айбека, Абдуллы Гаххяра, Гейрата, Османа Насира, Миртемира, Яшена и других известных мастеров.
Хоть и являлась поэзия одной из основных струн его души, Максуд все же отдал преимущество науке. Молодой Шейхзаде продолжает в Ташкенте учебу, возвышается до ученой степени, с 1938 года и до конца жизни преподает историю узбекской литературы в Ташкентском педагогическом институте имени Низами, работает деканом факультета и заведующим кафедрой узбекской литературы. Вскоре становится известным ученым и педагогом в научном мире Узбекистана. Видный узбекский литературовед и писатель Азад Шарафеддинов за год до своей кончины — в 2004 году — собрал в книге под названием «Итодии англаш бахти» литературные примечания и научные доклады, сделанные уже в эпоху независимости. По своему объему статьи в этой 600-страничной книге значительно разнятся. 90—100 страниц посвящены Абдулгамиду Чолпану, Абдуррауфу Фитрату. Они были реабилитированы в 1956 году, но до независимости 1991 года запрещалось произносить вслух их имена. В книге автор отвел место и Максуду Шейхзаде в одном ряду с писателями, творчество которых шло вразрез с официальной советской идеологией. Кстати, в 1991 году Чолпан, Фитрат, Абдулла Гадир были удостоены самой высшей премии Узбекистана — Государственной премии имени Навои. Статью «Самоотверженный представитель нашей поэзии» (2003 г.), посвященную Максуду Шейхзаде, Азад Шарафеддинов начинает такими словами: «Впервые Максуда Шейхзаде, человека среднего роста, полного телосложения, с курчавыми волосами, поэтического вида, говорившего на узбекском языке с азербайджанским акцентом, я увидел во время занятий в аудитории Узбекского педагогического института имени Низами. Его доклады, опирающиеся на глубокие научные доводы, сделанные простым, ясным языком, давно вышли за пределы института и распространились на весь Узбекистан. Среди студентов даже ходили интересные слухи о его лекциях. До конца жизни он с неизменной любовью, мастерски доносил до студентов свои лекции, прославляя тем самым институт. Он был поэтом и драматургом, литературоведом и переводчиком, историком и просветителем, оратором и педагогом. Максуд Шейхзаде был прекрасным знатоком, мастером во всех перечисленных мною сферах».
Обозревая молодые годы жизни М.Шейхзаде, замечаешь невидимую на первый взгляд кипучесть, это прорывается бушующий в нем поэтический родник. Но попав в новый мир, он вынужден был искать пути выхода своих поэтических раздумий. И тут, по собственному признанию, он отдает предпочтение переводу. Обратим внимание на плоды 40-летней переводческой деятельности М.Шейхзаде. Он занял достойное место в ряду переводчиков, переведших на узбекский язык произведения мировых классиков. Своими работами на данной стезе он вознесся на вершину узбекского литературного Олимпа. Кроме этого, в его переводе до узбекского читателя дошли литературные образцы современной азербайджанской и зарубежной прозы, поэзии. Если взглянуть с иной точки зрения, то увидим, что М.Шейхзаде глубоко разбирался в тонкостях поэзии, поэтическом мире других народов.

Творчество Максуда Шейхзаде покоилось на чистой любви, человеческих взаимоотношениях, дружеских узах, незапятнанных помыслах, высших чувствах. В каждой строке ощущается страстное биение сердца, неприкрытое волнение.
Уже в молодости — в
1930-е годы Максуд Шейхзаде становится известным критиком, ученым, публицистом, ученым. Исследуя классическую и современную узбекскую, а также азербайджанскую, русскую и мировую литературу, он в научном контексте анализирует произведения, выражает свое отношение, мысли критическими и публицистическими статьями. Коснувшись философских аспектов мировой поэзии, он комментирует произведения в очень интересной и содержательной форме. Его труды охватывают всех известных нам представителей мировой классики, знаменитых поэтов ХХ века, молодых авторов. Эта последовательность дает основание утверждать, что М.Шейхзаде жил привязанностью к литературе, ни на миг не отрывался от научно-литературного мира Узбекистана.
Стихи, полные любви к Родине, поэмы М.Шейхзаде глубоки по содержанию, очень логичны по смыслу. Таких произведений у М.Шейхзаде особенно было много в годы войны. Героизм, психологический оптимизм — вот основы его поэзии.
В поэме «Ташкентнамэ» он выразил отношение к столице Узбекистана, где ему довелось прожить 30 лет, любовь и тревогу по Родине. В написанной через год книге

«25-летнее обсуждение», состоящей из 437 страниц, также отражены образцы лирического творчества. На азербайджанский язык это произведение впервые перевел народный поэт Нариман Гасанзаде. Однако впоследствии исследователь поэтического наследия Максуда Шейхзаде народный поэт Халил Рза в своем переводе вновь включил этот труд в историю литературы Азербайджана.

Многие произведения М.Шейхзаде с большой теплотой переводились отечественными поэтами на азербайджанский язык, становились объектом исследований. «Творчество Максуда Шейхзаде» — исследование незабываемого Халила Рзы — заняло подобающее место в нашем литературоведении. Он перевел на родной язык ценные образцы из наследия видного писателя. Узбекские литературоведы и сегодня продолжают изучать этот труд.
Хотелось бы отдельно поговорить о драматургическом творчестве Максуда Шейхзаде. Такие пьесы, как «Джалаледдин Мангуберди» и «Мирза Улугбек», затрагивают серьезные общественно-политические события, высвечивают человеческие характеры. По мнению исследователей, «Джалаледдин Мангуберди» и «Мирза Улугбек» заложили прочную основу стихотворной узбекской драматургии. В целом драматургическое творчество Максуда Шейхзаде не раз становилось объектом исследований узбекских литературоведов, азербайджанских литературных критиков, по нему написано немало статей, научных заключений, исследовательских трудов. Однако, без всякого сомнения, на первом месте стоит исследование Халила Рзы. Его монографии «Максуд Шейхзаде», «Художественные особенности творчества М.Шейхзаде», десятки научных, публицистических статей — наглядное тому подтверждение.
По словам узбекских исследователей, произведение «Джалаледдин Мангуберди» написано по заказу партийных органов. Тогда автору было 33 года. Пьеса, завершенная в краткие сроки, получила сценическое воплощение и вызвала большой резонанс. Мотивы героизма в военную пору, а также события, опирающиеся на исторические факты, стали основной канвой произведения. Но пьеса «Джалаледдин Мангуберди», принесшая славу Шейхзаде, внесла и черную страницу в его судьбу. Драматург подвергся гневу сталинского режима. Агенты НКВД, коварные недоброжелатели, фамилии которых оканчиваются на «ян», можно сказать, противопоставили Сталину талантливого обладателя пера, выдающуюся личность. Якобы драматург, высветив отрицательный образ грузина, оскорбил народ, к которому относился советский руководитель. По этому надуманному обвинению М.Шейхзаде был осужден на 25 лет и отправлен в Сибирь — в далекий иркутский лагерь. «Джалаледдин Мангуберди» прожил очень короткую сценическую жизнь, однако успел оставить заметный след. Произведение, написанное простым языком, плавными поэтическими строками, нашло путь к сердцу каждого. Многие даже знали его наизусть. Почти так же, как у нас поэму «Вагиф».
Скончался Сталин. Вскоре открылись двери темниц, взоры людей устремились на дороги, ведущие из Сибири, откуда потянулись поезда с бывшими невольниками. Шейхзаде вернулся в Узбекистан, Ташкент — край, который он считал своей второй родиной. Как отмечал профессор Наим Керимов, Аллах был к нему милостив, вместо положенных 25 лет он провел в заточении одну треть, вернулся домой и еще 13 лет самозабвенно работал для узбекских науки, литературы, культуры. Самое главное, завершил работу над трагедией «Мирза Улугбек», начатую еще в 1944 году и прерванную в связи с арестом. На основе произведения написал сценарий «Звезды Улугбека» и снял фильм.
Бесследно исчезло произведение «Абу Рейхан Бируни», над которым он работал долгие годы. Эта была третья пьеса М.Шейхзаде. После возвращения из сибирского лагеря возникли проблемы со здоровьем, и работу над пьесой Шейхзаде продолжает в больничной палате. Но завершить труд не позволила безжалостная смерть. Внезапный сердечный приступ прерывает жизнь талантливого драматурга. Это была последняя тяжелая страница непростой судьбы.
«Джалаледдин Мангуберди» — пятиактная пьеса в восьми действиях. События разворачиваются в Туркестане в первой половине XIII века. Джалаледдин Мангуберди — историческая личность. В произведении М.Шейхзаде он представляется сыном хорезмского шаха. Джалаледдин — самоотверженный, преданный Родине и народу патриот и герой, дальновидный, умный политик, человек с кротким сердцем, безмерно любящий мать и сестер. В пьесе этот герой возвышается с каждым поступком, образ тюрка идеализируется, ставится в пример.
Выдающийся азербайджанский литератор, народный писатель Мирза Ибрагимов в статье «Мудрость слова» всесторонне исследует драматургическое творчество Шейхзаде: «В первой драме мастера слова нашли свое художественное воплощение патриотизм и высокая человечность». Именно этими качествами выпестована пьеса «Джалаледдин Мангуберди» (1941 г.).
Говоря о Максуде Шейхзаде как о драматурге хотелось бы особенно привлечь внимание к его трагедии «Мирза Улугбек». Над этим произведением он работал 19 лет (1940—1959 гг.). Улугбек, рожденный узбекским народом для мировой науки, был знаменитым астрономом своей эпохи. В XV веке он создал самую крупную в мире обсерваторию, являлся внуком знаменитого правителя, завоевателя эмира Тимура.
Как отметил профессор Панах Халилов, «в этой народной драме, являющейся героической балладой», есть духовное родство с поэмой «Вагиф». Достаточны одного-двух образцов для сравнения: захват Гаджаром пленного Вагифа и его сына Алибека, противостояние Вагифа и Гаджара. Жаждущий крови покоритель, поэт-гуманист, прекрасно воспевающий женскую красоту, благоразумный визирь и, наконец, отец, становящийся свидетелем гибели своего невинного сына».
Автор будто сравнивает с героями Низами, мудрыми философами, Мирзу Улугбека, человека, постигшего тонкости философии, живущего высшими человеческими чувствами, познавшего величие бескрайней Вселенной.
Исследователь творчества Максуда Шейхзаде Халил Рза пишет, что «самое большее качество, привнесенное М.Шейхзаде в узбекскую драматургию, — это поэтичность! Здесь поэтичность больше всего выражается во взглядах автора на жизнь, умении охватить и отразить самое существенное, выстроить художественные образы. Поэтому в обеих пьесах поэтичны и эпизоды, написанные ремаркой и прозой».
Узбекские литературоведы Сейфулла Мирзоев и Саид Ширмагомедов пишут, что «работая над трагедией «Мирза Улугбек», М.Шейхзаде обращался к творчеству великого Шекспира. Монологи, рассуждения всех героев в пьесе имеют глубокий философский смысл. Преклонявшийся перед светлыми историческими личностями Шейхзаде вывел образ покровителя науки, литературы и искусства Мирзы Улугбека — сына Шахруха из династии Тимуридов, возвысившего узбекскую науку на мировой уровень.
Мы неоднократно отмечали, что Максуд Шейхзаде внес огромный вклад в науку, в частности, в развитие навоиведения. Однако невозможно умолчать об одной стороне его многогранной литературоведческой деятельности — развитии азербайджано-узбекских научно-литературных связей. Это проистекает от того, что в своих научных статьях и исследованиях Максуд Шейхзаде обращает особое внимание на влияние азербайджанского литературоведения на узбекскую научно-литературную среду, проявляет интерес к его пропаганде в Узбекистане. Например, в исследованиях, связанных с творчеством Лютфи, Навои, Бабура, Масраба, Агахи и других джигатайских (узбекских) классиков, привлекает внимание влияние видного азербайджанского литературоведа и теоретика, профессора Мир Джалала Пашаева. Проявляется это в выдвижении на передний план терминов, относящихся к классической восточной поэтике, предоставлении преимущества при анализе особенностей восточных лирических стихотворений свойственным средневековой восточной литературоведческой науке средствам и выражениям (метафора, гипербола, намек, антагонизм и т.д.). Так, на важности исследования древней восточной поэзии на основе принципов и правил поэтической науки впервые заострил внимание в монографии «Творчество Физули» Мир Джалал Пашаев. А Максуд Шейхзаде в своих статьях о Навои, в том числе исследовательских работах «В мастерской гения», «Владыка имущества гязяль», приводит цитаты и выдержки из труда Мир Джалала Пашаева, и этот новый научно-теоретический подход предлагает вниманию узбекских литературоведов. Впоследствии в Узбекистане неожиданно растет интерес к «поэтическим ремеслам», и даже в отличие от Азербайджана, переводятся на узбекский язык первые средневековые источники персидских литературных памятников. Несмотря на публикации в Ташкенте, узбекские литературоведы (А.Хаишметов, А.Гайюмов, Ю.Исхагов, Б.Рахманов, А.Абдулгафуров, С.Ганиева и другие) непосредственно или косвенно пользовались произведением Мир Джалала Пашаева «Творчество Физули».
Эти и подобные им факты, к сожалению, до сих пор остававшиеся вне поля зрения, дают возможность предположить, что в будущем литературные связи наших народов вступят в качественно новый этап развития. В то же время перечисленные факты определяют своеобразное место Мир Джалала Пашаева в развитии азербайджано-узбекских литературных связей в ХХ веке. А своим многогранным творчеством Максуд Шейхзаде становится прочным мостом литературно-культурных, историко-духовных связей, символом единства, братства и дружбы всего тюркского мира.
По прошествии времени свет духовного мира Максуда Шейхзаде будет неизменно сверкать на тюркском небосклоне. До того периода, когда весь тюркский мир объединится под одним знаменем на вечные времена.

Алмаз УЛЬВИ,
кандидат филологических наук,
докторант Института литературы им. Низами НАНА



Поделитесь записью в соцсетях с помощью кнопок:

Просмотров: 5235
Рейтинг:
  • 0

Смотрите также: